В мире

Кто будет бороться за президентское кресло на Украине в 2019 году

Официально избирательная кампания на Украине еще не началась, но подготовка к ней уже весьма интересна. О президентских амбициях заявили более 30 человек, однако реальной альтернативы политике раскола в украинском обществе так и не предложено. Кроме того, второго тура голосования, вероятно, избежать не удастся. Политики, оппозиция, спойлеры и медийные персонажи — «Газета.Ru» изучила, из кого выбирать украинцам в марте 2019 года. Выборы президента Украины, согласно конституции страны, должны состояться 31 марта 2019 года.

И хотя избирательная кампания официально еще не началась, политическая культура Украины диктует свои правила игры — традиционно политики начинают готовиться к активной агитации за полтора года до даты голосования.

Подогревают интерес к этой теме и социологические службы, которые с достаточной регулярностью публикуют «предвыборные рейтинги» потенциальных кандидатов, хотя говорить об избирательном капитале в настоящее время пока что не совсем корректно. Следует помнить, что рейтингом общественные ожидания от политиков становятся с момента объявления избирательной кампании. Тем не менее, пока еще мнимый статус «кандидата в президенты» позволяет не только привлечь внимание к своей персоне, но и принять участие в медиапроектах, которые впоследствии можно будет конвертировать в политический вес.

На сегодня о своей готовности участвовать в предстоящих выборах заявили более 30 политиков. Однако следует ожидать, что число реальных участников избирательной гонки будет существенно ниже.

Несмотря на достаточно сложный ландшафт украинской политики, реальный расклад сил может оказаться существенно проще, а большая часть кандидатов будет исполнять технические функции — в основном, «спойлеров», то есть политиков, задача которых оттянуть как можно большее количество избирателей от основных конкурентов.

В целом, уже сейчас вырисовывается некий «четырехугольник» политических сил, которые вступят в основную борьбу за кресло украинского президента зимой-весной 2019 года. «Газета.Ru» разобралась в хитросплетениях современного политического процесса на Украине.

Партия войны: армия, язык, вера

Действующий президент Украины Петр Порошенко ни разу публично не заявлял о своих планах баллотироваться в 2019 году, однако его действия указывают на то, что такую цель политик преследует.

Обращение же Порошенко к Верховной раде 20 сентября 2018 года и вовсе оформило его политическую программу в некий набор слоганов, с которыми, как ожидается, он войдет в избирательную гонку.

При этом еще с лета текущего года можно было понимать, что главными направлениями для Порошенко станет триада «Армия — язык — вера».

Фактически это основной слоган, вокруг которого, как ожидается, будет выстраиваться его кампания — он постоянно использует эту формулу в риторике и наглядной агитации. Каждый из этих элементов сопровождается конкретными действиями украинских властей.

Дальнейшая украинизация и декоммунизация находят свое отражение в противоречивом законе об образовании, которая уже стоила Киеву добрососедских отношений с Венгрией, в вопросе квотирования эфирного времени на ТВ, связанного с вещанием на украинском и иных языках.

В будущем стоит предполагать, что это станет влиять и на вопросы местного самоуправления — в плане местной культурной политики. Русский язык (имеющий статус регионального в части украинских территорий) уже находится под административным ударом во Львове, Харькове и ряде других городов.

«Вопрос языка стал для Порошенко его монопольным инструментом влияния на политический процесс, а вскоре распространится и на общество в целом», — говорит в беседе с «Газетой.Ru» директор Центра социальных исследований «София» (Киев) Андрей Ермолаев.

В вопросе армии президент Украины активно пропагандирует идею приведения армии страны к стандартам НАТО. Порошенко даже предложил закрепить стремление страны вступить в Североатлантический альянс на уровне конституции Украины. При этом он продолжает выстраивать силовую компоненту собственной политики вокруг образа «внешнего врага» в лице России.

Вместе с тем на Украине неоднократно признавали, что доказать присутствие российских вооруженных сил на территории страны не удается.

Последним элементом триады Порошенко — особенно в последнее время — становится церковь. Еще с весны украинский президент стал политическим инициатором общения со Вселенским патриархатом на предмет предоставления Украинской православной церкви автокефалии. К осени это привело к целой серии событий в церковном мире — РПЦ прекратила евхаристическое общение с Константинополем, а УПЦ, видимо, все же получит независимость (надо учитывать, что РПЦ, к которой относится УПЦ МП, этого не признает). Хотя сейчас формально УПЦ (Киевского патриархата) и Украинская автокефальная православная церковь (которую, кстати, до относительно недавнего времени не признавал и сам Константинополь) томос не получили, они могут добиться своего после объединения — но этот процесс эксперты под сомнение особо уже не ставят.

3 ноября Порошенко в твиттере сообщил, что подписал с патриархом Варфоломеем договор о сотрудничестве и взаимодействии между Украиной и Константинополем, который, по словам украинского лидера, в итоге приведет к получения томоса.

Вообще инициирование церковных процессов политическими деятелями ставит под удар реальное отделение церкви от государства.

«Украинское общество сейчас делится не по признаку принадлежности к православию (на Украине также действует единственная признанная всеми поместными церквями Украинская православная церковь Московского патриархата. — «Газета.Ru»), а по признаку принадлежности к организации, если брать шире — государству, и в этом проблема», — продолжает Ермолаев.

Политизация вопроса управления церковью ведет к углублению церковного раскола внутри самой Украины, но при этом может послужить и элементом мобилизационной кампании в преддверии выборов.

В совокупности все эти действия и «достижения», по факту, делают невозможным диалог с Донбассом, большая часть населения которого негативно воспринимают решение именно этого спектра вопросов. Вместе с тем эксперты ожидают, что принцип разграничения Украины и Донбасса будет продолжен, что делает Порошенко привлекательным кандидатом для националистически настроенной части населения, а также политических союзников.

Вместе с тем рейтинг уровень поддержки Порошенко в настоящий момент достаточно низкий — в конце сентября социологическая группа «Рейтинг» дала Порошенко всего 6,8%, и такие показатели весьма типичны в последний год для действующего главы государства.

То же самое, но лучше?

Практически на всем протяжении срока управления Украиной Порошенко ему оппонирует лидер «Батькивщины» Юлия Тимошенко, и логично представить, что она и олицетворяет второй полюс украинской политики, вокруг которого будет выстраиваться интрига в будущей избирательной кампании в стране.

Тимошенко тратит огромные деньги на информационную кампанию. Эксперты оценивают ее как хорошо организованную, однако несколько сумбурную по своему наполнению. Здесь и требования конституционных изменений, и пересмотр общественного консенсуса, установленного после событий зимы 2013/14 годов, и вопросы обеспечения безопасности, и корректировка курса экономической политики.

«Все, что представлено публике, выглядит сырым и часто противоречащим друг другу как элементы единой позиции, но самое пикантное во всей этой истории в том, что Тимошенко, по сути, представляет собой «Порошенко №2». Вера, безопасность, экономическая политика и внешнеэкономическое сотрудничество — несмотря на красивый дизайн, позиция Тимошенко принципиально ничем не отличается от позиции Порошенко», — считает директор киевского Центра социальных исследований «София» Андрей Ермолаев.

Программа Тимошенко, действительно, довольно схоластична и фактически повторяет то, что уже сейчас делает Порошенко, ее избирательным слоганом вполне могла бы стать формула «Я буду делать то же, но лучше».

Кроме того, у Тимошенко есть та же проблема, что и Порошенко, — они оба являются выходцами из бизнес-среды, а потому за каждым из них тянется довольно внушительный шлейф коррупционных скандалов. «Поэтому ни Тимошенко, ни Порошенко не могут с моральной точки зрения претендовать на статус самых чистоплотных политиков Украины», — добавляет эксперт.

Вместе с тем на данный момент у Тимошенко самый высокий показатель общественных ожиданий, и эта цифра для Тимошенко достаточно устойчива уже на протяжении последних полутора лет. В конце сентября «Рейтинг» ставил ее на первое место — 13,2%.

Однако следует учитывать не только лидерство Тимошенко в рейтингах, но и высокий уровень недоверия лидеру «Батькивщины». Украинцы могут помнить, что именно с ее именем связано достаточно много одиозных фигур, которые на Украине воспринимаются отнюдь не однозначно. Среди них — экс-премьер Арсений Яценюк, нынешний секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Александр Турчинов (который наиболее четко увязывается в глазах украинской общественности с «партией войны»).

Такое «политическое родство» заставляет потенциальных союзников с Тимошенко несколько осторожничать в плане сближения с ней.

Именно поэтому Тимошенко так и не удалось стать центром притяжения для украинских контрэлит. Виной этому также является ее постоянное распыление своей политической повестки между почти националистическим радикализмом и популизмом.

Хотя и у Тимошенко остается шанс привлечь электорат на свою стороны — потенциал для этого есть. Однако рассчитывать политику приходится на форсированную избирательную кампанию, при которой она будет использовать слабые места в программах своих оппонентов для быстрой мобилизации населения.

Токсичное клеймо

И Порошенко, и Тимошенко противостоит «Оппозиционный блок», внутри которого есть свои полюса притяжения сил, главными из которых являются Юрий Бойко (лидер блока) и Вадим Рабинович (лидер партии «За життя», формально входит в «Оппозиционный блок»).

Если оппозиции удастся согласовать единого лидера, то ему удастся составить конкуренцию действующей власти, иначе же электорат будет размыт, а результат каждого из возможных участников гонки вряд ли будет впечатлительным.

Однако здесь есть ряд проблем, которые необходимо учитывать — внутри самого блока, собранного из оппозиционных сил после событий зимы 2013/14 годов, существуют различного рода бизнес-конфликты, а лидеры не доверяют друг другу, поэтому постоянно стремятся перехватить друг у друга повестку, считает Андрей Ермолаев.

Кроме того, высок риск и того, что оппозиционное объединение легко может получить клеймо «пророссийской партии», что в современных украинских реалиях является чуть ли не главным токсичным реноме, которое может заработать политик. И это, в целом, существенно тормозит консолидацию оппозиции в рамках данного блока.

В целом, если ориентироваться на рейтинги, то логичным было бы предположить, что консолидация может произойти вокруг Бойко (около 9%), который достаточно устойчив в плане общественных ожиданий, и стабильно входит в тройку-четверку рейтингов украинских политиков.

Однако внутренняя дезинтеграция сохраняет риск проведения неудачной избирательной кампании. В частности, параллельные кампании ведут Александр Вилкул и Борис Колесников, что существенно дезориентирует будущего избирателя.

Демократическая оппозиция

Четвертым полюсом украинской политики, который может оказать значительное влияние на ход избирательной кампании, можно назвать коллективного демократического кандидата. И здесь уже несколько кандидатов четко заявили о своих амбициях на участие в предвыборной гонке.

Лидером этой группы кандидатов можно назвать Анатолия Гриценко (лидер партии «Гражданская позиция»), Александр Шевченко (партия «УКРОП»), Андрей Садовый (мэр Львова, лидер партии «Самопомич»).

Проблема этих кандидатов в том, что они в политическом плане все же достаточно слабы, но сильной стороной является их медийная узнаваемость на Украине, а также тот факт, что им, несмотря на все негативные тенденции внутри украинского политического процесса, удалось сохранить некий демократический и либеральный образ. В основном, за счет того, что они избегали прямого участия в конфликтных, а зачастую и откровенно скандальных ситуаций в политике.

Их имиджевое позиционирование в рамках предстоящей избирательной кампании, скорее всего, будет выстраиваться вокруг образа образованных интеллектуалов, которые противостоят олигархам во власти.

«Ожидается, что в январе 2019 года в этой среде будет проходить объединительный процесс, и наиболее вероятным лидером здесь выглядит именно Гриценко. Но у него есть существенная проблема — он лидер по психотипу, но лидером в организационном плане так и не стал. Кроме того, вокруг него постоянно ходят слухи, что с ним ведут переговоры олигархи», — говорит «Газете.Ru» Ермолаев.

Медиакратия в действии

Нынешняя избирательная кампания на Украине также обещает запомниться и тем, что в обществе постоянно муссируются слухи об участии в гонке неполитических деятелей. В частности, уже на протяжении года обсуждается возможное выдвижение шоумена Владимира Зеленского и музыканта Святослава Вакарчука. Социологические службы даже включают их в «предвыборные рейтинги». Зеленскому отдают предпочтение чуть меньше 8% будущих избирателей, Вакарчуку — чуть более 9%.

То есть в украинской политике все больший вес начинает играть так называемая медиакратия — власть СМИ, которые производят собственные образы и идеалы, не достающие украинскому истеблишменту.

Однако эксперты, опрошенные «Газетой.Ru», не ожидают их реального участия в кампании, а если оно и произойдет, то они так и останутся техническими кандидатами. И дело здесь даже не в отсутствии политического опыта как такового — вспомнить хотя бы абсолютно несистемного Дональда Трампа в США. Дело в том, что у Зеленского и Вакарчука — в отличие от того же нынешнего главы Белого дома — нет никакой политической программы, с которой они могли бы выступить перед избирателями.

«Это так называемые стресс-политики. Люди перестали искать выбор среди настоящих политиков, и медиакратия этим пользуется. Однако это превращает избирательный процесс в карнавал, девальвирует политический процесс и конкуренцию. В итоге использование «медиаполитиков» в образе политических лидеров может привести к тому, что реальная власть может формировать состав и программу как ей заблагорассудится. А потому, я надеюсь, их выдвижение — лишь элемент сумбурного современного украинского политического дизайна», — говорит Ермолаев.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *